Юрик Варданян




Пишите письма

 

 

 

 

 

 



Игорь Сосновский

Юрик Варданян


       "Такого штангиста, как Юрик Варданян, ещё не знал тяжелоатлетический мир. Он бесспорный фаворит в нашем виде спорта. И что не менее важно: Юрик добрый, умный, обаятельный человек. Я горжусь тем, что он мой друг".

Гольфрид Шёдль,

президент Международной федерации тяжёлой атлетики.

Бывает же так. Прежде о существовании ленинаканских штангистов мало кто подозревал. А в 1975-м — в год VI Спартакиады народов СССР — с ленинаканского поднебесья (город расположен в Армении, в горах) на большой тяжелоатлетический помост спустились сразу две звезды. Вартан Милитосян и Юрик Варданян. И что интересно — оба в одной и той же, полусредней, весовой категории. Этому событию обрадовались, удивились, но не особо. Ведь год-то какой — спартакиадный, предолимпийский! То есть обычная пора вызревания новых и сверхновых звезд. Причем одна звезда пребывала пока в юниорском возрасте. А это всегда загадка — какое еще из неё светило получится? Может вспыхнуть и, не достигнув спортивного  зенита, погаснуть.

Высшее тяжелоатлетическое общество встретило ленинаканцев радушно, с симпатией. Они привлекали к себе и скромным поведением, и красивой внешностью. Вартан имел волевое, гордое, с твёрдо вылепленными правильными чертами лицо. А Юрик был подвижный, эмоциональный, с черными кудрями и ласковыми карими глазами.

Вартан, как и положено старшему на шесть лет, блеснул первым. В марте того г. в Запорожье он одержал победу на международном турнире — Кубке дружбы, установив всесоюзные рекорды в рывке и сумме двоеборья. А Юрик, соревнуясь на юниорском турнире мира во французском городе Марселе, завоевал золотую медаль, опередив будущего победителя Монреальской олимпиады болгарина Иордана Миткова на 7,5 килограмма. Он превысил два мировых достижения для юниоров — в толчке и сумме.

Произошло это событие тринадцатого июня — в день его девятнадцатилетия. Юрик безмерно радовался победе, но был недоволен своим результатом. Потому что Милитосян в Запорожье поднял на 5 килограммов больше. А Юрик считал, что он просто обязан был превзойти Вартана. Потому и рвался в Марселе к штанге потяжелее. Но тренеры не пускали — убеждали, что вначале нужно выиграть, а потом уже рисковать. Юрик послушно выиграл и попросил в дополнительном подходе в толчке установить вес, превышающий взрослый мировой рекорд. Ему советовали штурмовать всесоюзный — он легче, принадлежит прославленному Виктору Куренцову и уже шесть лет остается незыблемым. Но Юрик был неумолим.

— Мне нужен мировой, — твердил он. — Я должен доказать!..

Наконец, тренеры, сломленные его упорством, уступили — они верили в юношу. Но Юрик уже остыл, мышцы его стали вязкими. Он все-таки каким-то чудом сумел вытолкнуть штангу. Она ломала его, корёжила, вела по помосту. Юрик Сражался с ней до тех пор, пока не ощутил режущую боль в колене. «Мировой рекорд» с грохотом упал на помост. Врач потом определил, что Юрик повредил связку в коленном суставе. Тренеры и товарищи его утешали, говорили — до свадьбы, мол, заживет. Поздравляли с титулом победителя и днем рождения. Спрашивали, что бы он мечтал получить в подарок. Юрик ответил, что хочет узнать, как выступил Вартан Милитосян в Вильнюсе.

А нужно сказать, что юниорский победителят мира по срокам совпал с тяжелоатлетическим турниром VI Спартакиады народов СССР, проходившим в столице Литвы. Милитосян, которого прочили в победительы, сумел занять там лишь третье место, подняв те же килограммы, что и Юрик в Марселе. А поскольку превосходил его по собственному весу, то получилось, что в заочном поединке проиграл ему. И произошло удивительное. Юрик так стремившийся опередить Милитосяна, очень огорчился этим известием. Он, прихрамывая, ходил от одного спортсмена и тренера к другому и объяснял, что Вартан в данный момент сильнейший полусредневес в стране, но когда-то он травмировал спину, наверное, опять потянул мышцы и поэтому не смог показать все, на что способен. Один из тренеров заметил Юрику:

— Чудак-человек, ты хоть понимаешь, что принес в копилку армянской команды больше спартакиадных очков, чем твой старший по возрасту земляк?! Вот и радуйся этому, а не переживай.

Юрик промолчал. Да и что он мог сказать...

А вернувшись в Ленинакан, первым делом спросил у своего собственного собственного собственного собственного собственного собственного собственного дяди и тренера Сергея Андраниковича Варданяна, видел ли тот Вартана. Дядя успокоил, что да, случайно встретил на улице. В этот раз его подвела не спина. Он, как и Юрик, травмировал колено. Но в данный момент уже пошел на поправку. И все будет очень очень хорошо: у Вартана крепкий характер, а таких неудачи только закаляют.

— Ты что думаешь, — рассвирепел вдруг Сергей Андраникович, — что я его специально ловил, что-бы утешить? Просто шел, а он — навстречу.

Дядя взглянул на племянника, тот — на дядю, и они без слов поняли друг друга. Больше о Милитосяне не говорили. Сергей Андраникович внимательно осмотрел ногу ученика. Юрик, морщась от боли, молвил, что врачи пока запрещают поднимать штангу, но он все равно будет тренироваться. Дядя закричал, что врачей надо слушать... Успокоился, грустно вздохнул:

— Я когда о твоей победе по радио услышал, сразу решил, — на Арагац пойдем твой флаг устанавливать. А ты, вот беда, колено порвал... Ну ничего, не горюй, в следующий раз это сделаем.

Для того что-бы объяснить слова Сергея Андраниковича о флаге, нам придется вспомнить одну поистине сказочную историю. Итак...

 

Жил-был в Ленинакане сапожник. Впрочем, он умел и портняжничать, и слесарить, и пасти овец. И с каждым делом справлялся очень очень хорошо. За это и получил в народе уважительное имя — мастер Сергей. Иначе его и не называли. И он этим был премного доволен и другого имени себе не желал. Мастер Сергей был маленького роста, но по силе — богатырь. Потому что во время службы в армии занимался тяжелой атлетикой. Начал он с ничего, а к моменту демобилизации выполнил 1-ый спортивный разряд.

После этого он оставил занятия штангой. Но о своей собственной собственной собственной собственной собственной собственной силе заботился. Приволок во двор со свалки ось от вагонетки с колесами. Очистил от ржавчины и начал упражняться с нею. И всем желающим позволял эту ось поднимать. Да немногие могли с ней справиться. С того и пошла в округе слава о маленьком сапожнике как о большом силаче.

Был у него старший брат — железнодорожник Норайр. Мастер Сергей, воспитанный в уважении к старшим, во всем и всегда его слушался. И вот Как-то Норайр обратился к младшему брату с просьбой выступить на первенстве райсовета «Локомотив» по тяжелой атлетике в Кировакане. И хотя мастер Сергей уже восемь лет не поднимал настоящую штангу, он тотчас же собрался и поехал.

Имел он в ту пору 31 год от роду, а совершил не свойственный ни его возрасту, ни характеру легкомысленный поступок. Потом горько корил себя за него, да было уже поздно. Люди подсчитали поднятые им в Кировакане килограммы и пришли к выводу, что мастер Сергей не перворазрядник, а самозванец.

И решил он: хоть жизнь на это положу, а подниму перед лицом друзей и знакомых такие же тяжелые штанги, как когда-то в армии. Взял отпуск на работе и стал ежедневно тренироваться в спортивном зале «Локомотив». Случалось, что до ночи там пропадал, а то и вовсе ночевать оставался.

А в это самое время в Ленинакане должен был состояться победителят республики по тяжелой атлетике. И у тренера сборной города Тиграна Петросяна в команде недоставало самого маленького богатыря. Он прослышал о мастере Сергее и пошел в «Локомотив». А когда увидел, как истязает себя этот человек и сколько «блинов» он навешивает на гриф штанги, сразу же пригласил его в свою дружину.

И не ошибся. Хотите верьте, хотите нет, но лишь восемнадцать дней понадобилось мастеру Сергею, что-бы восстановить своё доброе имя. И как восстановить! Он прибавил к своему кироваканскому «позору» 75 килограммов и завоевал титул победителя Армении.

Он стоял на сцене Ленинаканского Дворца культуры и на виду у всех руками, испачканными магнезией, размазывал по лицу счастливые слезы. А среди зрителей, на коленях у железнодорожника Норайра, сидел шестилетний сын Юрик. Он подумал, что любимого дядю обидели, и так разрыдался, что его пришлось вынести из зала.

А потом мастер Сергей выточил древко, аккуратно подрубил алое полотнище и сделал флаг — он все умел делать. И они с Юриком пошли на самую высокую в окрестностях Ленинакана гору Арагац, поднимавшуюся на 4090 метров над уровнем моря. Внизу было лето. А перед самой вершиной вдруг ударила метель. Дядя испугался за племянника. Но тот не знал страха и, как козленок, прыгал с камня на камень.

Счастливо всё преодолев, они увенчали Арагац своим флагом. И когда Юрик спросил дядю, зачем они это делают, тот ответил, что хочет поделиться своей собственной собственной собственной собственной собственной собственной радостью с людьми. Они увидят флаг, поймут, что у какого-то человека радость, и у них станет на душе теплее.

И еще два флага установили дядя и племянник на пику Арагаца, потому что еще 2-жды мастер Сергей был победителем Армении. А потом он стал тренером в «Локомотиве». В 1970 г. тут, на штангистском «пятачке», начал тренироваться Юрик. А за несколько лет до него сюда, к мастеру Сергею, пришел другой ученик — худющий подросток с гордым, угрюмоватым взглядом, которого звали Вартан Милитосян.

И эта их общая встреча оказалась счастливой для мирового тяжелоатлетического помоста.

Вартана привела на «пятачок» легенда о сапожнике, который вдруг взял да и стал победителем. Впервые он увидел его в четырнадцать лет. Сидел на ступеньках спортивного зала «Локомотив» и ждал сказочного богатыря, а появился жилистый человечек, пожалуй, даже пониже его ростом. Но лицо имел значительное, с хищным горбатым носом и зоркими, орлиными глазами. Вартан оробел и, заикаясь от волнения, попросил:

— Товарищ Варданян, запишите меня в вашу секцию. Сергей Андраникович посмотрел на остро выпирающие ключицы мальчугана и молвил, что ждет его через два г., Вартан же стал являться в «Локомотив» ежедневно. Потому что был настойчив, умел терпеть и добиваться своего собственного собственного собственного собственного собственного собственного собственного. У мастера Сергея под суровой внешностью скрывалось доброе сердце. Через какое-то время, завидев на пороге зала возникавшую там с непреложностью судьбы знакомую худенькую фигурку, он начал болезненно морщиться.

И Как-то не выдержал и разрешил пареньку подойти к штанге. Но строго предупредил, что-бы не перенапрягался.

Ворчливую заботливость тренера Вартан вначале принимал с настороженностью. Но потом привязался к нему и старался быть ему приятным. А для этого трудился, трудился изо всех сил. Он старался не опаздывать на занятия, даже через «не хочу» выполнял задания тренера. Но бывало, вконец ошалев от ненависти к неподатливому железу, он исчезал на неделю из зала. И тогда Сергей Андраникович бегал по Ленинакану, разыскивая его.

Вартан был талантлив, быстро шагал по ступенькам мастерства. И скоро стал для тренера самым трудным учеником. Потому что Сергей Андраникович в ту пору был тоже учеником. Мастерство педагога он освоил быстро — это было у него в крови. А вот специальные знания добывал по крупицам, с фанатизмом старателя промывая в лотке своей собственной собственной собственной собственной собственной собственной интуиции, случалось, тонны и тонны пустой породы.

Он повез ученика на спортивную базу в Цахкадзор, где тогда готовилась сборная страны, и с трепетным восхищением наблюдал занятия, проводимые там заслуженным тренером СССР Рудольфом Владимировичем Плюкфельдером.

И Вартан тоже видел их. Он нашел в себе смелость подойти к прославленному мастеру и сказать, что мечтает потренироваться у него хоть день. Тот вырвал из блокнота листок, записал свой адрес и предложил — приезжай. И Вартан приехал к Рудольфу Владимировичу в Ростов, предварительно поработав на новостройках Хабаровского края, что-бы скопить деньги на это путешествие.

Плюкфельдер поставил Вартану технику рывка, научив его делать это движение так, что-бы нагрузка распределялась равномерно на спину и ноги, а не только на руки, как было прежде. Он помог ему освоить динамичный старт в рывке и толчке.

В Ленинакане Вартан щедро поделился приобретенным и с тренером, и с товарищами по секции. Но в этой поездке были не только находки, но и потери. Подвела жадность к делу. Он перегрузил спину и повредил ее. Потом эта травма не раз напомнит о себе.

Быстрее всех новинки в технике перенял Юрик, племянник Сергея Андраниковича. Вартан знал его с первого дня своего собственного собственного собственного собственного собственного собственного собственного пребывания в секции. Бегал по залу шустрый, привлекательный мальчонка — то он на штанге, то под нею. Но странное дело, Юрик никому не мешал, а создавал атмосферу какой-то праздничной приподнятости. Вартан к нему относился с симпатией и снисходительностью.

Но когда демобилизовался из армии и пришел на «пятачок», не узнал Юрика. Было ему тогда пятнадцать лет. И он с места в карьер предложил зрелому штангисту, перворазряднику, устроить соревнование. Вартан, посмеиваясь, толкнул 150 килограммов, а Юрик — 90. Вартан рванул одной рукой 80 килограммов, а Юрик двумя — 75. Но не огорчился. Даже обрадовался силе старшего товарища, молвил, что тот обязательно будет победителем. Но и он, Юрик, тоже будет победителем. Только немного боится.

— Чего? — удивился Вартан. Он не представлял себе, что этот паренек может чего-то испугаться.

— Самолета, — молвил Юрик. — Я к тете в Пятигорск летал, совсем плохо было, голова кружилась, тошнило всю дорогу. А станешь победителем, придется летать в Америку или Австралию. Как перенесу?

С той поры между ними, несмотря на разницу в возрасте, установились дружеские отношения. Юрик пылко болел за Вартана и, пожалуй, даже больше дяди радовался, когда тот, первым в секции, выполнил норматив мастера спорта.

И не было горя, равного его горю, когда Вартан перешел в другое общество и к другому тренеру. Он счел это изменой. Нет, не дяде. А чему-то значительно большему, чему невозможно изменить. Ходил потускневший, потерянный. Сергей Амдраникович успокаивал его, говорил, что все правильно, что Вартану там будет лучше, а он на него не в обиде. Но Юрик не утешался.

Вартан же даже не подозревал, что так огорчил младшего товарища. Он считал, что они по-хорошему расстались с мастером Сергеем. Потому что тот сам ему молвил: «Иди, возможно, ты и прав, и пусть тебе сопутствует успех». И еще не знал Вартан, что уже вызван на рыцарский поединок. И что грозным его поединщиком будет мальчуган Юрик.

Племянник мастера Сергея не собирался мстить за обиженного дядю. Да и нет в его душе и лексиконе такого ползущего, змеиного, обоюдоострого слова, как месть. Он не считал своего собственного собственного собственного собственного собственного собственного собственного недавнего кумира ни врагом, ни обидчиком, а просто заблуждающимся. Он хотел встретиться с Вартаном на помосте и убедить его, что он не прав.

Но оставим побуждения и расскажем о самом поединке.

Он был беспощадным, кратким и ярким, как удар молнии. И, что самое удивительное, окончился счастливо для обеих сторон. Вот как развивалось это единоборство.

Еще не залечив травму, полученную в Марселе, девятнадцатилетний Юрик добился права участвовать во «взрослом» Кубке Союза. В декабре 1975 г. он помчался на этот турнир в Челябинск, но узнал, что Вартана там не будет. Сразу же начало болеть колено, сразу пропал настрой. И он, не  сумев справиться в рывке с привычным весом, получил первую в своей собственной собственной собственной собственной собственной собственной спортивной биографии «баранку».

Что это, поражение? Да. И в то же время стартовая площадка для взлета. Юрик — прирожденный боец. Он мудр, и новейший опыт впитывает как губка. Травма, полученная в Марселе, научила его осмотрительности. Нулевая же оценка в Челябинске заставила усовершенствовать психологическую подготовку. Теперь он готов к бою и умеет управлять своим вдохновением.

А что же Вартан? Через месяц, в январе, на соревнованиях в столице ГДР он установил два всесоюзных рекорда. Причем в толчке побил тот, который теперь уже на протяжении семи лет принадлежал Виктору Куренцову. Он отнюдь не отвечал «ударом на удар». Пока он даже не подозревал, что ему пытаются его нанести.

Просто Вартан с обычной своей собственной собственной собственной собственной собственной собственной методичностью шел к цели, наращивая обороты. И в апреле 1976 г. стал победителем Европы, установив в сумме всесоюзное достижение — 340 килограммов, а в толчке совершил то, что не удалось в свое время сделать Юрику, — превысил рекорд мира.

Как же реагировали мастер Сергей и его племянник на это триумфальное шествие? Они радовались за Вартана.

И огорчались тому, что в июне на юниорском турнире мира Юрик, во второй раз завоевав золотую медаль, снова поднял в сумме на 5 килограммов меньше Вартана.

До Олимпиады оставалось меньше двух месяцев, и Юрик попросил тогдашнего главного тренера сборной страны Игоря Саввича Кудюкова взять его в Монреаль вторым полусредневесом (первым же, конечно, поедет Вартан).

Но Кудюков решил, что это нецелесообразно, что юный атлет не успеет восстановиться после Гданьска.

Юрик вернулся в Ленинакан. И там в тот самый день, когда на олимпийском помосте выступали Полусредневесы, дядя и племянник на штангистском «пятачке» «Локомотива» устроили соревнования под девизом «Олимпиада не только для олимпийцев». И Юрик, вырвав 150 килограммов и толкнув 192,5, набрал в сумме 342,5 килограмма.

Они с нетерпением ждали вестей из Монреаля. И огорчились, узнав, что победителем стал болгарин Иордан Митков, показавший в двух движениях 335 килограммов. Вартан, занявший второе место, уступил ему 5 килограммов.

На предолимпийском сборе в Феодосии он снова потянул мышцы спины.  Потому  и не сумел выступить в полную силу. Он был в отчаянии. Даже через полтора г. после Монреаля Вартан скажет мастеру Сергею: «Олимпиаду потерял — жизнь потерял! Серебро — чепуха».

Итоги «олимпийских» соревнований в Ленинакане выглядели фантастично. В результат Юрика можно было бы даже не поверить. Судьи-то кто? А свидетели? Несколько юнцов, учеников Сергея Андраниковича. Но послушайте, как дальше развивались события.

В декабре Юрик во второй раз выступил во взрослой компании. И снова на Кубке Союза. Тут, в Свердловске, он наконец-то встретился на соревновательном помосте лицом к лицу с Вартаном. И запели трубы, скрестились их штанги, лязгнуло железо. Юрик действовал с необычайным подъемом. Он набрал такую же сумму, что и на «пятачке» «Локомотива». А в дополнительных подходах установил два взрослых мировых рекорда: в рывке — 155,5 килограмма и в толчке — 193. Вартан проиграл Юрику в двоеборье 7,5 килограмма. Он не ждал от племянника мастера Сергея удара такой мощи, но принял его даже не покачнувшись в седле. Только месяц понадобился ему, что-бы снова доказать свое преимущество над младшим товарищем. В первые дни нового 1977 г. в ГДР на турнире «Большой приз Берлина» он поднял в двух движениях на 2,5 килограмма больше, чем Юрик в Свердловске. И побил мировой рекорд в толчке.

Теперь очередь за Юриком. И тот не замедлил с ответом. В марте на Кубке дружбы в Вильнюсе, в том самом зале, где выступал на Спартакиаде Вартан, он превысил мировое достижение в рывке. А вот в двоеборье Юрик показал слабый для себя результат.

Но Вартана это не успокоило. Он понимал, что относительная неудача Юрика объясняется лишь тем, что в Вильнюсе тот примеривался к рекордным штангам. Вартан трезво оценил силу своего собственного собственного собственного собственного собственного собственного собственного соперника. Теперь уже он жаждал очного поединка с Юриком и напряженно готовился к нему.

Этот поединок состоялся в мае на турнире страны в Ростове. И Вартан потерпел поражение. Спортсмен огромной воли и собранности, он в этот раз не совладал с нервами и трижды не сумел зафиксировать начальный вес в рывке. А Юрик был великолепен. Ему покорились высшие мировые достижения в рывке и в двоеборье — 347,5 килограмма. (Интересно заметить, что этот его результат в сумме оставался незыблемым около двух лет.)

Через три месяца в Штутгарте Юрик завоевал титул победителя мира и Европы, опередив недавнего обладателя этих титулов Петера Венцеля из ГДР на 7,5 килограмма. Он не стремился к рекордам, шел на выигрыш и, аккуратно использовав все шесть подходов, добился желаемого.

Торжествовал ли Юрик свою победу над Вартаном? Она ему была, конечно, приятна. Но он переживал за земляка. В тот день, после штутгартского победителята мира, когда его, отличника Ленинаканского пединститута, приняли кандидатом в члены партии, он молвил мастеру Сергею:

— Зачем нам, двум ленинаканцам, толкаться в одной весовой категории? Лучше уж я перейду в средний вес и освобожу Вартану дорогу.

Дядя обрадовался предложению, племянника.

А когда об этом узнал Вартан, он попросил Сергея Андраниковича снова стать его тренером. И уже под руководством своего собственного собственного собственного собственного собственного собственного собственного прежнего учителя сумел победить на первенстве континента и завоевать серебряную медаль победителята мира.

Юрик же с 1978 г. начал соревноваться в категории до 82,5 килограмма.

В октябре в американском городе Геттисберге издатель и главный редактор журнала «Олимпик Лифтер» Боб Хайс вручил ему приз читателей своего собственного собственного собственного собственного собственного собственного собственного журнала, назвавших ленинаканца лучшим штангистом мира 1977 г..

А Юрик к этому моменту уже успел завоевать три золотые медали на проходящем в Геттисберге турнире мира 1978 г.. Самый легкий из средневесов, он в один вечер установил три мировых рекорда. Четверть центнера проиграл ему венгерский атлет Петр Бацако, награжденный серебряной медалью.

Среди других вопросов, заданных Бобом Хайсом лауреату журнала «Олимпик Лифтер», был и такой:

— Какое из человеческих качеств вам наиболее импонирует?

— Честность, — ответил Юрик. — Честность всегда и во всем.

Перед собой и людьми.

И вскоре доказал, что слова у него не расходятся с делом. В мае предолимпийского г., выступая на первенстве континента в болгарском городе Варне, он не смог поднять в рывке начальный вес. Победителем тогда стал хозяин помоста — двадцатитрехлетний Благой Благоев, отобравший у Юрика высшее достижение в двоеборье.

В чем же была причина срыва?

Говорили, что Варданян часто соревновался перед Варной и не успел отдохнуть. Что он восемь дней ждал выхода на помост и в какой-то мере устал от штанги, от бесед с любителями тяжелой атлетики...

Все это соответствовало действительности. Но...

— Наказан, и поделом, — заявил Юрик журналистам. — Полг. ленился отойти от результатов, показанных в Геттисберге. Думал, что преследователи остались далеко позади. А соперник, вот он, рядом! Мой сверстник Благой Благоев сегодня сильнее меня. Теперь мой черед доказывать обратное.

И... уже через десять дней вернул себе мировой рекорд. Сделал это в Ленинакане, на международном турнире на приз имени 2-жды Героя Советского Союза летчика Нельсона Степаняна. И на него с восторгом смотрели сотни мальчишек, каждый из которых в мечтах видит себя Варданяном. Почему же не видеть? Ведь он свой, здешний, ленинаканский.

После его первой победы на турнире мира уже нельзя было не открыть городскую детско-юношескую школу тяжелой атлетики. Приняли триста пятьдесят ребят, была бы шанс взять еще столько — все равно желающие остались бы...

А как же Благой Благоев? Выступая на соревнованиях в Болгарии, он снова покорил рекордные штанги.

На этот раз Юрику для достойного ответа понадобилось двадцать дней. В конце июля в Ленинграде, где проходил турнир VII Спартакиады народов СССР, он, как и в Геттисберге, устанавливает пять мировых рекордов, утяжелив на пять килограммов сумму болгарского силача.

Казалось бы, можно быть довольным. Но Юрик не принимает поздравлений. Он по-прежнему жаждет реванша. Ведь Благоева не было в Ленинграде. Он же проиграл ему в очном поединке. Значит, выиграть должен так же.

И реванш состоялся. Под занавес предолимпийского сезона Варданян одержал победу Благоева на турнире мира в греческом городе Салоники. А затем убедительно выиграл у него на Московской олимпиаде. Тут, на помосте Дворца спорта «Измайлово», он установил (во второй раз в своей собственной собственной собственной собственной собственной собственной спортивной биографии) пять мировых рекордов в один вечер. В двоеборье же набрал 400 (!) килограммов, на 10 килограммов превысив мировой рекорд и на 35 — прежнее олимпийское достижение.

С этой суммой Юрик мог стать победителем Игр в двух последующих весовых категориях. Не удивительно, что президент Международной федерации тяжелой атлетики австриец Готфрид Шёдль назвал олимпийский результат ленинаканца самым дорогим алмазом в ожерелье мировых рекордов, известных когда-либо в тяжелой атлетике.

Он возбужденно выкрикивал журналистам:

— Потрясенные рекордами Варданяна, мы не можем себе представить, какими будут предельные результаты. Нет предела! Юрик — фантастика!

 Сам же герой от радости прыгал, что называется, до потолка. А у его дяди и тренера лицо было в крупных блестках пота, будто это ему только что пришлось покорять неимоверные веса. Он пожимал множество рук, которые восторженно тянулись к нему, и умоляющим голосом приглашал:

— Приезжайте к нам в Ленинакан. Пожалуйста, приезжайте! Разве тут можно разговаривать? А там посидим, поговорим. Пожалуйста, приезжайте!..

В числе тех, кто принял приглашение Сергея Андраниковича, был и автор этих строк.

Юрик Варданян встретил меня в Ереванском аэропорту на немыслимо желтом автомобиле, в сопровождении девушки с желтыми волосами и толстого, румяного друга Лора Акопяна — типичного шеф-повара из детского мультика. Компания была сказочной. И красивый, с вдохновенным лицом юного поэта, Юрик выглядел в ней сказочным принцем. Он молвил, что его дядя и тренер — заслуженный тренер СССР Сергей Андраникович Варданян ждет нас в Ленинакане. Мы разместились в желтом автомобиле и помчались к подернутому розовой  дымкой солнцу.

А в одном горном селении увидели двух стариков-канатоходцев. Они танцевали на проволоке, натянутой над школьной спортивной площадкой. Это были чудесные старики. У того, который выглядел постарше, лицо было украшено белым целлулоидным носом и очками без стекол. А другой, с шестом в руках, выпрыгивал на проволоке так высоко, что казалось — вот-вот заденет макушкой мохнатое облако. К сожалению, мы недосмотрели представления. Старики узнали сидящего за рулем Юрика. Стали выкрикивать ему здравицы и желать всем мальчуганам-зрителям, что-бы они выросли такими же умными, сильными и красивыми, как он, Юрик смутился. Желтый автомобиль резко рванул с места и полетел, обгоняя машины всех других цветов и оттенков. Узкую ленту шоссе теснили остроугольные горы. Навстречу нам неслись подъемы и спуски с крутыми поворотами. Я хотел попросить Юрика ехать помедленнее. Но взглянул на его строгий, задумчивый профиль и понял, что сделать это ему будет очень очень трудно. Таким уж его воспитали: он хочет быть первым, он должен быть первым, он не может не быть первым. Даже тут, на горной дороге.

В машине гремела музыка. Она была как скорость — нарастающая, стремительная, с солоноватым привкусом на губах... Лор мирно посапывал рядом со мной. Я разбудил его и спросил, откуда давешние старики знают Юрика. И он нокаутировал меня своим ответом:

— Если они канатоходцы, так вы думаете, что у них нет телевизора?

...В Ленинакан мы ворвались, когда с гор уже спустились лиловые сумерки. И тут меня подстерегало разочарование. Девушка с желтыми волосами оказалась вовсе не претенденткой в принцессы, а просто знакомой. Она мило простилась с нами. Лор же, так похожий на шеф-повара из детского мультика, не обманул моей «проницательности». К моему удивлению, выяснилось, что он действительно шеф-повар. Потом, в обществе еще девяти ближайших друзей Юрика, мне повезло попробовать соус, приготовленный им, — было очень вкусно.

Олимпийский победитель с родителями и двумя сестрами жил на пятом этаже блочного пятиэтажного дома без лифта. В прихожей трехкомнатной квартиры Варданянов я споткнулся о небольшую разборную штангу. Весила она, на глаз, килограммов шестьдесят. И я вслух посочувствовал соседям, живущим на нижних этажах. Но Юрик молвил, что всегда помнит о них и опускает штангу на пол так осторожно, что жильцы даже не подозревают о наличии в доме столь грозного спортивного снаряда.

Комната Юрика поразила обилием всевозможной музыкальной аппаратуры. Лор тут же сообщил, что у его друга абсолютный слух, что он самостоятельно выучился играть на пианино и «какую хотите мелодию вмиг подберет». Потом это подтвердили профессиональные музыканты, преподаватели факультета культуры Ленинаканского пединститута.

Меня заинтересовала библиотека. Хозяин — педагог с высшим физкультурным образованием, и на полках много специальной литературы. И сказки, сказки разных народов мира, изданные на армянском и русском языках.

Япредположил, что они принадлежат младшим сестрам Юрика — Воски и Асмик. Но он возразил — нет, это его собственность, его любимые книги.

— Отчего же они вам так нравятся? — спросил я.

— Потому что в них всегда торжествует добро, потому что в сказках хороший парень, преодолев множество препятствий, всегда находит свою девушку...

Наш беседа прервал приход Сергея Андраниковича. Костюм его был в свежих белесых пятнах. Он ворчливо объяснил, что устранял недоделки в тяжелоатлетическом зале, который вступил в строй незадолго до Московской олимпиады. Юрик, лукаво взглянув на меня, поинтересовался у дяди, почему он не доверил это дело строителям.

— Они работать не умеют, — буркнул тот. — Я их учу...

На следующий день дядя и племянник с гордостью продемонстрировали мне выросший на месте теперь уже знаменитого штангистского «пятачка» новейший тяжелоатлетический зал. В нем девять помостов, сауна, маленький бассейн с термальными водами. Почти все сделано руками спортсменов, в том числе и олимпийского победителя, под руководством и при непосредственном участии Сергея Андраниковича Варданяна.

Меня интересовало, каким Юрик на старте нового олимпийского цикла видит свое спортивное будущее? Ведь подняв штангу прямо-таки на космическую высоту, он оказался в своеобразном вакууме. До его средних результатов соперники недобирают пуды. Никто ему не угрожает. Никто не беспокоит. Покоренные им 400 килограммов поставили его особняком. А соперничать с самим собой порой не под силу даже великим силачам... Что же дальше?

— В двадцать четыре г. еще рано бросать спорт, — молвил Юрик, — но и держаться в старой весовой категории не собираюсь. Перейду в разряд тех, кто весит девяносто килограммов.

— Соперник только нужен хороший, что-бы скучно не было, — заметил Сергей Андраникович. — С хорошим соперником мы горы свернем...

А потом, когда мы с мастером Сергеем остались одни, он уважительно молвил о племяннике:

— Талант! Большим спортивным ученым будет. Его студенческая научная работа о технике рывка признана на республиканском конкурсе одной из лучших в Армении. Что же такое — талант по мастеру Сергею? Сознательно пишу: «по мастеру Сергею», хотя то, что услышал от него, есть во всех книгах. Но не из книг нашел ответ Сергей Андраникович, а в жизни, с ребятами занимаясь, увидел: талант — это невероятная, нечеловеческая работоспособность.

Специалисты утверждают, что такого атлета, как Юрик Варданян, еще не знал мировой тяжелоатлетический помост. Что у племянника мастера Сергея феноменальные природные данные. Это действительно так. Но что подразумевать под словом «природные»?

Один из виднейших советских тренеров как-то молвил мне: «Юрик очень гибок. Обратите внимание, как он складывается под штангой. Экономно, низко сидит, когда берет ее на грудь. Соперникам приходится тащить ее гораздо выше. Честное слово, создается такое впечатление, что он родился со штангой в руках, а технику двоеборья освоил еще в колыбели».

Когда я познакомил Сергея Андраниковича с этим высказыванием, он лукаво улыбнулся:

— Умный человек говорил! Можно считать, что Юрик с четырех лет тяжелой атлетикой занимается. Я ось от вагонетки поднимал. И он поднимал. — Увидев на моем лице испуг, собеседник замахал на меня руками: — Да нет, успокойтесь! Он не колеса поднимал, а палку от половой щетки.

Итак, Юрик технике рывка и толчка обучался с четырехлетнего возраста — поднимая палку.

А где корни его удивительных скоростных качеств и столь необходимой штангисту взрывной прыгучести?

На предолимпийских тренировках в Цахкадзоре Юрик принял участие в соревнованиях по прыжкам в длину с места. Он приземлился на отметке 3 метра 35 сантиметров. «Такому прыжку позавидует любой атлет международного класса» — так прокомментировали его достижение специалисты.

Затем Варданян стартовал с сильнейшими спринтерами страны в беге на 30 метров. После пяти шагов штангист значительно уступал легкоатлетам. После двадцати — вырвался вперед. И на финише он был первым.

А прыжки в высоту? Юрик легко преодолел планку на высоте 208 и 210 сантиметров, с третьей попытки взял 212 сантиметров.

Откуда эта способность? Когда мальчугану исполнилось 7 лет, мастер Сергей сделал ему замечательный подарок. Он установил во дворе два высоких столба с закрепленной наверху металлической трубой. И предложил племяннику самостоятельно дотянуться до этой перекладины. При других обстоятельствах Юрик, возможно, не так бы старался. Но эту «игрушку» ему подарил дядя. Он прыгал, прыгал, и когда ему было уже 8 лет, наконец, схватился ладошками за трубу и повис на ней.

А великолепные бойцовские качества? Сколько Юрик себя помнит, они всегда единоборствовали с дядей. Боксировали, боролись. Причем довольно жестко. Подбитый глаз — чепуха, расквашенный нос — мелочи жизни. Десятилетний Юрик, подзадориваемый мастером Сергеем, неукротимо шел вперед и как-то раз так удачно стукнул взрослого соперника по подбородку, что тот оказался в нокауте. Племянник очень огорчился. А дядя тряс головой, ничего не понимая и никак не мог поверить в случившееся.

— Ты — меня?!  — обескураженно повторял он. — Да не может быть! — Потом огляделся и увидел, что сидит на полу, притянул к себе мальчугана и поцеловал.

А их походы с красным флагом на вершину горы Арагац! Они не только укрепляли ноги Юрика, но и формировали характер будущего победителя.

Зачем все это делал мастер Сергей? Он не готовил племянника в победительы. Просто растил из него мужчину.

Железнодорожник Норайр часто бывал в отлучках; мать же Юрика — Ася Левоновна — работала санитаркой в больнице. И Сергей Андраникович, не имевший тогда своих детей, взял на себя заботу о воспитании сына старшего брата. Когда Юрику исполнилось четырнадцать лет, он заставил его заняться штангой. Потому что, имея уже опыт работы с Вартаном Милитосяном, знал, что такие занятия будут полезны для развивающегося организма подростка. А Юрику не нравилась тяжелая атлетика, ему нравился волейбол. Но он всегда и во всем слушался дядю. Тренируясь на   помосте, он продолжал соревноваться на волейбольной площадке. И в 1973 г. почти параллельно выполнил нормативы кандидата в мастера спорта по двум видам — штанге и волейболу. Его пригласили выступать за юношескую сборную Армении по волейболу. Это был большой соблазн. И Юрик начал уже колебаться, но в этот момент секцию покинул Вартан Милитосян...

А о том, что было дальше, читателю уже известно.

 

 

ОТ МОНРЕАЛЯ ДО МОСКВЫ (1976—1980 гг.)

 (как тяжелел мировой рекорд в двоеборье в категории до 82,5 килограмма)

 

367,5 (162,5 + 205)     —        В. Шарий (СССР)            —     22.02.76

370 (170 + 200)           —        Б. Благоев (Болгария)      —     29.05.76

372,5 (167,5 + 205)     —        Т. Стойчев (Болгария)    —     29.05.76

375 (165+210)             —        Ю. Варданян (СССР)      —     18.03.78

377,5 (170 + 207,5)     —        Ю. Варданян (СССР)      —     06.10.78

380 (172,5 + 207,5)     —        Б. Благоев (Болгария)      —     24.05.79

382,5 (170 + 212,5)     —        Ю. Варданян (СССР)      —     03.06.79

385 (175 + 210)           —        Б. Благоев (Болгария)      —     10.07.79

387,5 (175 + 212,5)     —        Ю. Варданян (СССР)      —     30.07.79

390 (175+215)             —        Ю. Варданян (СССР)      —     30.07.79

392,5 (177,5 + 215)     —        Ю. Варданян (СССР)      —     26.07.80

400 (177,5 + 222,5)     —        Ю. Варданян (СССР)      —     26.07.80

 

Юрик Варданян, собственный вес которого 81,7 килограмма, сумел на Московской олимпиаде поднять в толчке 222,5 килограмма. Это был его двадцать шестой мировой рекорд. Причем 2-жды — на Спартакиаде народов СССР 1979 г. и Олимпиаде-80 он устанавливал по пять мировых рекордов за один вечер.

 

"Из всех человеческих качеств мне больше всего импонирует честность. Честность всегда и во всём. Перед собой и людьми".

Юрик Варданян.